Новая кровь

Фарбаути встретил её в самую короткую ночь в году. Возле Ярнвинда пылали костры, парочки мелькали среди железных стволов, юноши и девушки плясали вокруг огня, подбрасывая в ладонях угли, целуя их и передавая изо рта в рот. Мужчины лежали на шкурах, распивая брагу из рогов и кубков, а женщины посматривали на молодых и вспоминали, как сами отплясывали в юности с таким же задором.
Лаувея оказалась одной из приезжих, у неё был потерянный вид и ореол отчуждения, который отпугивал от неё остальных великанов. Фарбаути любовался ею с расстояния, забыв про выпивку и пышнотелую подругу, которая обещала ему ночь. Read more

Текст написан с подачи уважаемого А. Эйпура, который предложил наваять какой-нибудь рассказ на вольную тему с названием “Дети молний” или “Дитя молний”.

Когда он родился, над Ётунхеймом ярилась первая весенняя буря, столь дикая, что Железный лес гремел так, будто деревья в нем бились насмерть. Мать сама перерезала пуповину раскаленным добела ножом и выползла из очага, скинув грузным телом половину углей на земляной пол. Сестра её разворачивала шкуры, чтобы уложить туда истошно вопящее дитя, она слушала ревущую снаружи непогоду и бормотала что-то о Потопе, свидетельницей которого ей довелось быть. Read more

Кто-то скажет, что он рождается, когда воздуху
исполняется 0 градусов.
Весною воздух занимается любовью, чтобы родить его
месяцев через 9.
Но он всегда недоношенный, ты заметил?
Кто-то скажет, что он бывает мокрый. Может, есть и сухой,
но об этом не говорят.
Кто-то скажет, что он тает, когда падает на ладонь -
но скажет шёпотом, потому что это слишком близко к
очевидности.
Read more